«Красная княгиня» Тамара Волконская (1895–1967)

"Люби врагов своих, ненавидь врагов Христа и бей врагов Отечества". Святитель Филарет (Дроздов)

Тамара Алексеевна Волконская – врач, участница французского движения Сопротивления, «красная княгиня», санинструктор в годы Второй мировой войны.

О Тамаре Волконской до ее вступления в ряды французского Сопротивления мало что известно. Некоторые биографы пишут, что ее отцом был Алексей Александрович Ширинский-Шихматов (1862–1930 гг.), который занимал очень важные государственные посты: гофмейстер, член Государственного Совета Российской империи, в 1906–1907-м гг. – обер-прокурор Святейшего Синода. Биографы указывали также, что ее мать – Леокадия Петровна Меценцева (1863–1944). Точно известно, что 1 сентября 1918 года князь Ширинский-Шихматов с семьей бежал из России; в 1921-м году обосновался в Германии, а в 1924-м году переехал в Париж.

Принадлежность Тамары Алексеевны к княжескому роду Ширинских-Шихматовых можно поставить под сильное сомнение. Сама Тамара Алексеевна не любила вспоминать о своей довоенной жизни и однажды на вопрос, почему она уехала из Парижа в 1940-м году, ответила:

– Просто потому, что туда пришли фашисты. У меня с ними старые счеты. Мой отец погиб в 1916-м году, и два брата убиты там.

В 1915-м году в Варшаве княжна Тамара вышла замуж за кавалерийского офицера князя Алексея (Александра?) Волконского, который воевал во время Первой мировой войны, затем примкнул к белым и был убит большевиками в 1919-м году.

Тамара Волконская свою деятельность начала в качестве сестры милосердия на фронтах Первой мировой войны; потеряла связь с мужем. В 1917-м году в качестве сестры милосердия она отправилась на Кавказский фронт, где приобрела медицинский опыт. В Доме Русского зарубежья (ДРЗ) сохранился приказ командира 1-го Кавказского кавалерийского полка от 11 сентября 1918 года – сестре милосердия Т.А. Волконской отправиться к месту назначения в действующую армию. Она находилась в Баку, когда к городу подступали части Красной армии. В 1919-м году Тамара оказалась в Турции. Позже Волконская писала: «Я не эмигрантка… Я хотела ехать в Россию. Но меня не пустили, там была революция».

В Константинополе она поступила работать медсестрой в небольшую больницу. Как и многие русские эмигранты в Турции, княгиня Волконская бедствовала, по существу, была нищей. Работала в больнице с утра до вечера. С помощью некоего врача-индуса и его жены-англичанки Тамара Алексеевна поступила учиться на врача. Благодаря своим знаниям и опыту, полученному в Первую мировую войну, смогла сдать экзамен и получить диплом врача.

Скопив достаточную сумму денег, в начале 1930-х годов Тамара уехала во Францию. Однако французские власти не разрешили ей работать по специальности, так как она не имела французского подданства, да и ее турецкий диплом не признали. Пришлось ей осваивать новую профессию. Со свойственной ей энергией Тамара вскладчину с друзьями открыла в Париже мастерскую женского платья. Неожиданно ее платья стали пользоваться спросом, и Тамара, нажив целое состояние, в 1938-м году купила каменный особняк с 37 гектарами виноградников и леса в местечке Рафиньяк департамента Дордонь на юго-западе Франции, куда и перебралась жить. Здесь и застала ее Вторая мировая война.

Франция быстро сдалась немцам: 22 июня 1940 года страна официально признала свое поражение, а бывшая княгиня тихо жила на ферме, радуясь тому, что в глуши война ее не коснется. Но спокойной жизни не получилось…

Первое поколение русских эмигрантов хранило в сердце любовь к Родине, и когда Германия напала на СССР, нашлись те, кто всем сердцем желал победы «Красной империи» над коричневой чумой, несмотря на идейные разногласия с коммунистами. Одной из них была княгиня Тамара Алексеевна Волконская. Она сильно тосковала по Родине и забыла прежние обиды на Советскую власть.

22 июня 1941 года в русских эмигрантских кругах было объявлено «Днем национальной мобилизации», и партизанское движение охватило всю Францию. Время вступления княгини Волконской в ряды французского Сопротивления^[1] точно не известно. Скорее всего, это произошло стихийно, когда в 1941-м году она стала укрывать у себя на ферме французов, боровшихся с гитлеровцами, а потом и советских военнопленных, бежавших из концлагерей. Многие военнопленные были до крайности истощены, некоторые ее подопечные ранены. И тут ей пригодились знания и